• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:35 

bitter sweet symphony
23.35
как-то резко затошнило.
когда я просматривала чужие свадебные фотки.

14:58 

bitter sweet symphony
все хорошо. пойду вытряхну пылесос.

11:18 

bitter sweet symphony
Я болею тобой до рвоты
В ванной комнате, лёжа на кафеле.
Столько раз я сводила счёты.
Столько раз мир казался вафельным.
Оставаться с тобой нет силы,
Но уйти я напрасно пыталась.
Сладость жизни с тобой вкусила,
Горечь -тоже, но самую малость.
Отчего же так рвёт мне - сгустками-
Мою душу, телом опутанную?
Главный грех мой ты знаешь - трусость.
С ней и глупость, сестра попутная.
Мне сказали тебя не удерживать:
Молодая, найдутся тысячи.
Перед теми пустыми невеждами
Я молчу, их словами высечена.
Каждый день от меня кусочками
Отрывается что-то важное.
Ты вздохнешь над моими строчками.
Может, думаешь, так у каждого?
Может, ты и сам в исступлении
Разбивал кулаки о зеркало?
И, питая ко мне презрение,
Думал всё же: Ну, как она?
Может, так. Но в далёком городе
Я одна. Стены рушу воем.
А соседи вызвали "скорую",
Только дверь я им не открою.
Милый, милый, стОит попытаться
Нам начать сначала в сотый раз!
Я боюсь тут в одиночку сдаться.
Забери меня к себе. Совсем. Сейчас.

23:42 

bitter sweet symphony
все болит.
хоть ляг и сдохни.
дайте таблеток. и бутылку водки.

09:58 

bitter sweet symphony
Замороженными пальцами
В отсутствие горячей воды
Заторможенными мыслями
В отсутствии конечно тебя
И я застыну
Выстрелю в спину
Выберу мину
И добрый вечер
Я не нарочно
Просто совпало
Я разгадала знак бесконечность

23:50 

bitter sweet symphony
свернуться в клубок. выть.

12:49 

bitter sweet symphony
плакать до рвоты.
а вам слабо?

03:20 

bitter sweet symphony
все что ни делается - все к лучшему

22:43 

bitter sweet symphony
я вою. сворачиваюсь в клубок и вою.
будь проклят этот поганый ...поганый февраль. будь он проклят.
ненавижу.

15:49 

bitter sweet symphony
Один мальчик был настолько требователен и привередлив, что однажды у него выросла пизда. ©

12:35 

bitter sweet symphony
впервые за долгое время смеялась от души. над главой одной книги. вам на посмеяться ниже эта самая глава.

Когда я трудилась, а не ландыши в лесу с утра до ночи собирала, пока сезон лисичек не наступил, работала я – недолго – под началом толстого-претолстого заведующего. Очень толстого. Нереально толстого. До операционного стола еле руки дотягивал. Зато у него инструмент никогда не падал. Операционный. Мужской инструмент у него давно уже не поднимался. Жена ушла, прихватив сынишку. Он в её любовника из ружья стрелять ходил. Но любовник быстро бегал, потому что был нормостеником в самом расцвете физической формы. В общем, никакой личной жизни не стало. Даже медсёстры и проститутки не спасали. Потому что брюхо было – жуть. До колена реально.

Он – назовем его Вася – был пухлым мальчиком с самого раннего детства. У него была заботливая мамочка еврейских кровей (не антисемитизм – простая констатация) и непростой личной судьбы. В смысле – всю себя отдала детям. Двум сыновьям-погодкам от папы, растворившегося в неведомых далях. У мамы, в свою очередь, тоже была мама. И тоже еврейских кровей. И папа у мамы Васи был. Очень неплохо комиссаривший на хлеб их насущный с икрой, актуальной и для себя, и для дочери, и для внуков. Мама и мама мамы, пока папа-дедушка был слишком занят, сделали из сыно-внуков двух таких поросят. Поросята росли, росли и превратились в хряков.

Вася закончил мед, и дальше всё у него было кучеряво со всякими тогдашними спецклинординатурами и странами Африки, освобождёнными от французских захватчиков. В общем, и деньги были и квартиро-машины. И мама. Мама, кстати, ему даже на работу судки носила. Жуть. Хотя он по ночам из ресторанов заказывал. Ну и больничной кухней не брезговал. Ведро овсянки мог, к примеру, за один присест слопать, если на диете сидел. И изюма два кило.

Жил он уже практически в больнице, потому что очень жадный был. Клиентов громадьё. И если у кого из поступивших хоть мало-мальские бабки, или хоть курица там дохлая, или бутылка-конфеты – Вася всё на себя брал. Вот такой был хороший человек. Даже чужих клиентов уводил. Ты всю беременность мудохаешься, чуть не на руках носишь, а он – раз! – деньги чует и мухой к начмеду, мол, сложный случай, только заведующему под силу. И сидит в родзале, шутки шутит. А бабы и довольны. Шутки шутит и сидит при них неотлучно, – значит, доктор хороший, чего ж ещё?

Правда, если без денег – мог такими матами обложить и пациентку, и родню её, – любой пьяный грузчик отдыхает. В общем, душевнейший был человек. Когда просыпался. Потому что, как только садился, к примеру, – сразу засыпал. Сидит и спит. Рыба, бывало, ему в ухо как заорёт: «Василийяковлевич! Пора переводить в родзал!!!» Так он ей: «Не ори, дура старая, я не сплю!» Кстати, стулья в родзале менять не успевали. И в конференц-зале. Васю уже начмед попросил персональную табуретку себе заказать, а не на разных заседать в наши многочасовые пятиминутки.



Как-то после ведра овсянки, щедро приправленной кастрюлей изюма, приспичило Васе в рест-рум. Помещение сие – то, что для врачей – в те смутные времена великолепием не поражало, прямо скажем. А тут ещё и лампочка перегорела.

Присел Вася задумчиво, а дверку слегка приоткрытой оставил, чтобы свет из коридора. Даже «Российский вестник акушерства и гинекологии» с собой прихватил, чтобы почитать. Дело, к слову, было ночью и перед закрытием роддома, так что народу было немного, и никого он особо таким своим поведением шокировать не мог. Ну, боится человек сидеть в темноте, бывает.

Но дежурная-то смена есть, куда ж она денется? Мало ли… Даже в родзале бригада есть, хотя уже никого не принимаем накануне плановой помывки.

Вася присел и… уснул на втором абзаце какой-то увлекательной статьи. Сидит себе спит. Что там овсянка с изюмом творили – мне неведомо. Вася спал, как безмятежный карапуз, – пижамные штанишки размером с тент приспущены. Журнал в безвольно повисшей руке держит. Темно, тепло и мухи не кусают.



И надо же было такому случиться, что Рыбе тоже не спалось по привычке. Тут она ещё и кофию напилась по самое не могу уже. И тоже захотела посетить заведение. А без очков – подслеповата была. Да и зачем ей очки, когда она в этом роддоме со дня заливки фундамента ориентируется, как в родовых путях среднестатистической роженицы. Вот и вышла она в коридор. Подошла к тёмному-тёмному туалету. Пощёлкала туда-сюда выключателем – без эффекта. Ну не за фонариком же бегать. Рыба со света в темноту зашла, штаны спустила и присела…



В этот-то момент и проснулись все, кто был в роддоме.



Рыба истерически хохотала до самого окончания дежурства. Со всей своей детской – не смотри, что шестьдесят, – непосредственностью, добавляя:

– Хорошо хоть не пописала!



А Вася добавлял:



– Зато я обкакался от ужаса.



В общем, ожирение – зло, чего уж там. Для них сесть – встать – реальный подвиг, не то – что уж там секс. Вот так ожиреет мужик, и ему на обнажённую плоть вместо трепетной лани на домашнем диване присядет шестидесятилетняя бой-баба в рабочем сортире.

Берегите себя. И немедленно выбросьте эти китайские синтетические макароны в пластиковом стаканчике. А в субботу – в лес за ландышами. Пешком.

И работайте из любви к искусству хотя бы иногда. Потому что сперва – искусство и только потом – деньги. Не путайте причину и следствие.



Читать полностью: readr.ru/tatyana-solomatina-akusher-ha-vtoraya-...

22:47 

bitter sweet symphony
Я не мучаюсь жаждой, но ты должен дать мне напиться,
Я беззлобен, как каждый, и как все я обязан проститься,
Бог не дал мне крылья, грязью покрыты дороги,
И тащат куда-то сумасшедшие ноги.

А на стакан слетались потери, мне оставив камень на камне,
Не задраивал двери, в окна не вколачивал ставни,
Но не видел, как солнце стучалось в железную крышу,
Я кричал о любви, но никто не услышал.

Черт бы дернул свихнуться, но не верю ни в черта, ни в Бога,
Взять бы да и обмануться, да к подошвам прилипла дорога,
Рвался сквозь стены, завидя знакомые лица,
А лица смеялись, спешили укрыться.

Знакомые лица несли незнакомые души,
Я пачкал страницы, я молчал, да никто и не слушал,
Им лишь бы песни, без песен нужен едва ли,
Холодной свободой по грудь заковали.

©

22:47 

bitter sweet symphony
И, вроде много написано песен, но нечего спеть,
И, вроде мир так тесен, но всего не успеть,
И, вроде жизнь длина, а обернешься - один только миг,
И, вроде пил до дна, но не залил больной души крик.

И, вроде, жить бы спокойно, но где покой тот найти,
И грусть печаль на кой нам на этом коротком пути,
И слишком быстро кончаются детства веселые дни,
Мы ищем теплое место - в результате остаемся одни.

И пусть порою нас много, но каждый из нас одинок,
Нам не знакома дорога, на ней ты незрячий щенок,
Такие глупые фразы из уст гениальных мужей,
Так много разной заразы для наших наивных ушей.

Смешные аттракционы на спуске жизни крутом,
Смешны земные поклоны пред теми, кто бьет нас кнутом,
Порою, не разобравшись в себе поучаем других,
И кто-то Богом считает тебя, для кого-то ты - псих.

Противоречия и относительность - оси основ,
Туманна наша действительность в мире довлеющих снов,
И где реальность, где сказка - порою ответа и нет,
И где лицо, а где маска, добро и зло, тьма и свет.

Но мы живем, и это кто-то решает за нас,
Мы с нетерпением ждем лета и ищем любовь в блеске глаз,
Мы от смешного смеемся и плачем от бед и разлук,
Своею жизнью плюемся, покуда смыкается круг.

©

17:43 

bitter sweet symphony
наелась пельменей. думаю, как бы не сдохнуть :)

17:03 

bitter sweet symphony
если представить, что любовь - реальный человек, из плоти и крови, какой бы она была? какой ее видите вы?

12:46 

bitter sweet symphony
все меняется.
есть вещи, которые лучше всего переживать в одиночестве, распадаться на миллиарды атомов, сжигать себя изнутри, чтобы возродиться потом. есть вещи, которые нельзя прощать, которые просто невозможно простить. есть чувства сильнее любви, есть люди, которые сначала становятся для человека всем, а потом случается противоположное явление, и человек пытается бежать. от себя, от мира, от окружающей действительности.
иногда человек возвращается назад. надежда сильнее любви.
иногда человек боится принятых решений и отказывается от них, в таком случае человек бежит от себя.
странность состояния счастья заключается в том, что это состояние рано или поздно проходит.
надо стараться быть благодарным за отпущенное время, за прожитые дни. даже если они были прожиты скверно, даже если время упущено, это очень ценный опыт и урок. как только человек выполняет свою функцию, он уходит. из дома, из жизни, из тела. люди - всего лишь марионетки и маленькие механизмы в руках чего-то более сильного, несомненно, более мудрого и разумного, потому что будь человек высшим разумом, он бы обязательно нашел выход, чтобы не страдать, чтобы избавляться от эмоций, и находить самое верное решение. но будь человек высшим разумом, ему было бы слишком скучно жить, идеальные люди скучны и ограничены. потому что они не могут принимать неверных решений.
жизнь - это постоянное противоборство разума и души. мозга и сознания. не будь этого противоборства. не было бы никогда войн, бед и несчастий, но не было бы любви, счастья и гармонии.
я стараюсь сохранить уравновешенность, стараюсь смириться с собой.

@музыка: US3 – Cantaloop

10:33 

bitter sweet symphony
снова зима.
у меня есть кошка.

15:21 

bitter sweet symphony
все бесполезно. все одно и то же.
конец.

17:07 

bitter sweet symphony
это, знаешь, можно сравнить только с ароматом свежей клубники, который еще не слишком слышен, но у тебя слюни уже текут по ботинкам.
я решила, что мне надо сделать.
мне надо уехать. ты не хочешь ехать со мной. что ж, я поеду одна. я знаю куда, знаю к кому. не волнуйся меня там не обидят. это не слишком далеко. конечно ты все будешь выведывать в аське, и там я расскажу, куда когда и для чего. но тут - нет. тут это для тебя останется загадкой. что я скажу ему я не знаю, честно говоря, я не знаю, хочу ли я ему что-то говорить или нет. да я буду по тебе скучать. очень сильно. ты не переживай, я вернусь.

@музыка: Recoil - Luscious Apparatus

01:22 

bitter sweet symphony
я сумела довести себя до состояния эйфории.

@музыка: Дельфин_Васильки

Альтависта

главная